Мои Контакты:

+7 983 115 88 81
+7 701 533 10 24
ustyantsev@mail.ru
ustyantsev-in-skype

_____________________________

Меня можно найти в социальных сетях:

     

ОЦЕНИТЕ НАС!

***

Получите подарочный сертификат!


ПОДПИШИТЕСЬ НА РАССЫЛКУ!


жжж**ж*

ЗА ЧТО ВЫ НАС ЦЕНИТЕ?

ОБО МНЕ Для прессы (СМИ) Интервью 17-01 Интервью для журнала "ГЛАВНЫЙ ГЕРОЙ"
17-01 Интервью для журнала "ГЛАВНЫЙ ГЕРОЙ"

Интервью для журнала "ГЛАВНЫЙ ГЕРОЙ"

Каждый раз как в первый. Привыкнуть невозможно. А Дмитрий и не хочет привыкать. И каждый раз он проходит проверку, зарабатывает доверие, и только потом – дает знание.


Тренинги – это интерактивная форма обучения чему-либо. Это не лекции, когда один человек передает какую-то информацию через вербальный канал, а другой человек ее слушает. В тренинге необходимо что-то попробовать сделать. Лекции компенсировались в наших вузах лабораторными работами, какими-то домашними заданиями, чтобы мы что-то делали на практике. Тренинг – это обучение, в которое уже интегрирована и практика, и теория одновременно. Бывает, что люди называют тренингами свои лекции, либо семинары, − это неправильно. Потому что если нет интерактивной работы со слушателями, если нет наработок, возникающего в процессе обучения опыта, то это не тренинг, а просто семинар. Есть еще такая категория выступлений, как мастер-класс, − это когда человек делится своим опытом и рассказывает о том, как и что делается и, может быть, какой-то элемент взаимодействия с аудиторией есть, но он минимален. Разграничить можно так, если интерактивный элемент с аудиторией больше 50%, то это тренинг, если меньше – это ближе к семинару или семинар с элементами тренинга.

Вообще, с новой терминологией ситуация у нас, в нашем ментальном постсоветском пространстве, нередко бывает запутанная. Я приведу простой пример: в 90-ые к нам пришло понятие «менеджер» и менеджерами стали называть всех подряд: продавцов, консультантов, но менеджер – это управленец, это директор. Так и с тренингами, и с тренерами, как бы это не было обидно. Но тренерами себя многие называют, мягко говоря, не имея на это оснований. На Западе, откуда пришла эта профессия, где бизнес-образованию, я имею ввиду MBA (Magister of Business Administration) уже более ста лет. Тренер на Западе – это человек с седыми волосами, с умудренным жизненным опытом, у которого куча бизнес кейсов за плечами, проработанных, прожитых, продуманных. Это эксперт, который написал книги и консультировал множество компаний из разных отраслей и сфер деятельности. Тренер в нашей молодой российской экономике − это молодой человек, который берет своими способностями, наглостью, если хотите, и в итоге, профессия тренера в глазах огромного количества бизнесменов была девальвирована.

«Бизнес-тренер» стало словом, дискредитировавшим само себя: множество людей без опыта, которые прочитали несколько книг, задорных и мотивационных сейчас занимаются тренерством.

Профессия тренера состоит, как минимум, из двух составляющих. Первая сторона этой профессии – собственно педагогическая. Вторая – экспертная. Человек, который обучает тому или иному виду деятельности, должен сам прожить эту деятельность, владеть этим ремеслом, должен сам попробовать, проработать. Я пришел в бизнес-тренинги из бизнеса, у меня за плечами 18 лет частного бизнеса (как в предпринимательстве, так и в работе по найму). Я организовал «с нуля» работу компьютерного магазина «Globus» и работал в нем руководителем, несколько лет был директором филиала мебельной компании «Люмир» (два магазина, общая площадь которых составляла более 2000 квадратных метров). Работал начальником департамента продаж в инвестиционно-строительном холдинге BI-Group, у нас одновременно(!) строилось 35 жилых многоквартирных домов. В BI-Group работает около 5000 человек, это строительная компания №1 в Казахстане. Понятно, что прожив все это, у меня есть достаточно большой опыт и в малом, и в крупном бизнесе.

Как я стал бизнес-тренером? Я влюбился в эту профессию. Сразу. Когда я поступил на второе высшее на MBА, я увидел как работают тренеры. Начал записывать все, что они делают, приемы, которые они используют, потом поехал учиться этой профессии у лучших экспертов. Среди моих учителей – Елена Васильевна Сидоренко, Жанна Владимировна Завьялова, Владимир Константинович Тарасов, Тахир Юсупович Базаров, Марк Евгеньевич Кукушкин… А по поводу лицензирования я хочу сказать, что это новый рынок и рано или поздно он придет к лицензированию. Есть уже такие предпосылки в России, когда 3-4 крупных тренинговых организации (это Москва, Питер) организуют свою сертификацию тренеров. Это длится уже лет 10. В последние годы уже особняком выделяется сертификация НАСДОБР («Национальный аккредитационный совет делового и управленческого образования»). Это Ассоциация объединений и организаций, деятельность которых направлена на разработку и внедрение методик и стандартов управления и оценки качества программ делового и управленческого образования. Здесь сертификация бизнес-тренеров проходит на определенном уровне и по определенной процедуре: подаешь заявку, присылаешь свои разработки, показываешь очно часть своего тренинга, и так далее… В общем, серьезный, комплексный и системный подход к этому делу. За три года здесь сертификацию прошло около 20 тренеров, причем все тренеры с высокими рейтингами. Со временем обязательная сертификация будет, поскольку рынок взрослеет и, в конце концов, мы все устали от девальвированного понимания тренера. Люди уже говорят «фи!», глядя на тренера, а на самом деле, они просто когда-то столкнулись с непрофессионалами.

Мне часто приходится работать в группах, которые скептически настроены к тренеру, к тренерству, к тренингам вообще. Мало того, что тренер пробивает лед группы, неприятие обучения: «Кто ты такой, пришел нас обучать? Мы и так все взрослые люди». Надо сначала завоевать авторитет в группе.

Все Аудитории разные. Есть аудитории, например, я проводил тренинг на «Сибирском Варианте» − это фестиваль ведущих шоу-программ, его организует Виталий Доля, и там собралась аудитория, я ее запомнил надолго, это самая моя любимая аудитория. Почему? Объясняю: потому что, во-первых, они все − ведущие шоу-программ, предприниматели. Во-вторых, они все проактивные предприниматели, «движняковые», и за словом в карман не лезут, то есть это самая сложная аудитория. Ее удержать сложнее всего. Например, когда я работаю в корпоративном формате, люди, которых загнали на тренинг – часто бывает такое – пришли, чтобы отсидеть какое-то время, для галочки, и побыстрее, незаметно уйти. У меня на тренингах, конечно, такое не получается, потому что моя задача – вовлечь всех абсолютно (конечно, в разной степени вовлеченности), меня это цепляет, мне это интересно, знаете, найти ключик к каждому человеку. Я привел две абсолютно разные аудитории в пример в одном регионе, в одном городе. В той же самой Москве существуют абсолютно разные аудитории. Я работаю в среде управленцев, HR-специалистов и менеджеров по продажам, в разной тематике, но основной упор – это коммуникативные навыки, переговорные техники, управленческие поединки. Меня спрашивают: «Как определить: будет этот человек хорошим переговорщиком? Готов ли он работать продавцом? Способен ли влиять на подчиненных?». Я всегда отвечаю: «Первый пункт – это коммуникабельность. Если человек любит общаться, если он общается, не стесняется, без страха входит в диалог с новыми людьми, то это хороший задаток, это одна из ключевых компетенций у всех вышеперечисленных профессий». Поэтому мне нравится работать с управленцами, продавцами, с предпринимателями – это еще одна из категорий, которая не лезет за словом в карман и имеет живой, активный ум, там не сфальшивишь. На пассивных группах можно сфальшивить и это не скажется на динамике тренинга, потому что группа пассивная. Для меня самые тяжелые группы, когда ты говоришь и все уходит, «как в болото», в трясину вот так вот уходит, и люди соглашаются со всем: «Да, Вы правы, во всем правы. Мы тоже правы», – и нет других мнений.

Для меня принципиально важно, чтобы люди ушли с моих тренингов со знаниями. Нужными им знаниями. Именно поэтому я нахожу подход к каждому слушателю. Меня раньше спрашивали: «А какой тренинг Вам наиболее интересен?». А мне любой интересен! Мне важны люди в этом тренинге. Конечно же, чем активнее поведение, чем живей ум у этих людей, тем для меня интереснее, потому что встречаться с сильным игроком – это всегда круто. Это вызов, приняв который, я получаю свой профессиональный рост. Каждый раз, или почти каждый раз, группа меня проверяет на соответствие заявленной роли. Роль тренера – это ведь роль лидера. Такая позиционная борьба, знаете ли. И каждый раз я должен доказывать, что имею право учить этих людей. «Ты заявлен тренером, значит, на протяжении двух дней ты будешь являться нашим лидером, значит, мы должны следовать за тобой, куда ты нас поведешь. Хотим ли мы идти за тобой?» − на этом конфликте проверяется дееспособность тренера. Способен ли ты повести за собой группу? Дать что-то новое? Сгладить острые углы, нивелировать шероховатости поведения, неровности восприятия? Способен ли ты своей харизмой увлечь группу, вовлечь ее в свое мироощущение, где ты им что-то новое дашь, новую практику, новый опыт, новые знания? Или нет. Если ты теряешься на острых вопросах, которые тебе группа задает, то, конечно, ты не проходишь эту проверку, и внимание группы становится рассеянным. Оно сконцентрировано не на обучении, не на предмете, который необходимо познать, а на том, как бы подколоть тренера, как бы подшутить, как бы посмеяться, как бы побыстрее свалить с тренинга и так далее. Также тренер обязан понимать, что коллективная мудрость группы всегда выше мудрости тренера. Ни в коем разе нельзя говорить и думать, что тренер самый опытный, умный, потому что всегда найдется кто-то, кто опытнее и умнее по каким-либо отдельным вопросам.

Я волнуюсь до сих пор, перед каждым тренингом. Я отношусь как-то трепетно, с предвкушением. Первые минут 15-30 волнение есть, а потом оно проходит, потом ты вживаешься в эту роль и начинаешь жить этим тренингом, дышать им.

Тренинги бывают разные. Нас учили восстанавливать себя после тренингов, потому что тренинг большей частью − это не передача знаний (это существует в лекциях), тренинг – это управление групповой энергией, групповой динамикой и вообще энергетикой группы. Когда ты ведешь тренинг, энергетика гуляет по залу в атмосфере, и она перекатывается от одного лидера к другому, от одной части зала к другой. Энергетика бывает разная. Когда у тебя сидит пассивная группа, которая со всем соглашается, для меня это самые тяжелые группы, самые энергоемкие, энергопотребляемые. Когда ты им объясняешь, все проваливается, ничто не отражается, энергия уходит, и ты понимаешь, что для них тренинг, по сути дела, бесполезен, пытаешься найти новые инструменты, как бы вытащить их инициативу, активность, внимательность на поверхность, чтобы они что-то приняли, взяли и ушли. И в таком случае энергетически ты чувствуешь себя опустошенным. Если же аудитория активна, она не только потребляет и перерабатывает энергию, но и отражает ее и даже генерирует. И ты наоборот заряжаешься. Получаешь заряд, который долго не проходит потом. После такого тренинга и тренер, и участники выходят с ощущениями, словно у всех крылья вырастают за спиной, и тогда ты хочешь что-то изменить, готов «сдвинуть горы». Вот такое ощущение должно быть в конце тренинга. Это и есть удовлетворение своей профессией. Вот это я люблю!

Источник: http://glager.ru/2017/01/25/pro-trenerov-bez-fi-pozhalujsta/